«Гжатский вестник» - Главное печатное издание родины первого космонавта

ИСТОРИЯ ОДНОГО БОЯ. По следам кавалерийского рейда

Февраль 4, 2017 · Нет комментариев

“БЕЛОЕ ПЯТНО”. Гагаринский район, как и многие другие регионы нашей страны, где кровью наследила Великая Отечественная война, богат на белые пятна истории, которые мы, как поисковики, своими находками пытаемся раскрывать и раскрываем, восстанавливая справедливость ради нынешних и будущих поколений. Так произошло и со страшной тайной бывшей деревни Быково, которая прекратила своё существование летом 1942 года, оказавшись на передовой.

Впервые я узнал о трагедии в Быково ещё в школе, уже занимаясь поиском и с жадностью выискивая в нашем городском читальном зале мемуары военачальников Великой Отечественной, где хотя бы слово было сказано о боях под Гжатском. Интернета ещё не было и в помине, архив Минобороны представлялся для нас чем-то недосягаемым, поэтому выручали только книги и переписка с ещё живыми в ту пору ветеранами.

Даже не представляя, где находится это Быково, в мемуарах командира 2-го Гвардейского кавалерийского корпуса Иссы Александровича Плиева «Кавалерия в боях за столицу», я прочитал:

«… Когда мы говорим, что захват такого-то пункта открывает путь вперед, то это не всегда верно. Казалось, с падением крупного опорного пункта Середы перед нами откроются возможности стремительного наступления на Гжатск. Но чем ближе мы подходили к этому городу, тем больше убеждались, что сопротивление врага становится все ожесточённее. Пример тому – небольшая деревня Быково, лежащая в стороне от магистральных дорог.

Мы подошли к ней 27 января. До Гжатска оставалось 15 километров. Непосредственно за Быково вела бой 20-я кавалерийская дивизия полковника Арсеньева. У противника было много сил, и он прочно укрепился, продолжая подтягивать всё новые и новые оперативные резервы. Ночью 22-й и 124-й кавполки ворвались в деревню. Но в то же самое время к её противоположной окраине подошла большая колонна немецких автомашин с пехотой, артиллерией и танками. Это противник ввёл в бой свежие части. К утру мы получили приказ о выводе корпуса в резерв для пополнения. Под прикрытием заслонов гвардейские дивизии быстро вышли из боя. В 20-й кавдивизии из-за сложной и напряжённой обстановки для прикрытия было выделено от каждого полка по одному эскадрону. С этими эскадронами остались оба командира полков – майоры Бросалов, Чикулин и комиссар 124-го кавполка старший политрук Зубков.

Эскадроны обеспечили отход, но сами попали в окружение в юго-восточной части деревни. Дома, в которых они засели, немецкие автоматчики окружили, подтянули пулемёты, орудия и танки. Два часа шёл неравный бой, таяли силы казаков в контратаках и рукопашных схватках. Оставшиеся в живых герои перешли в один дом. Чтобы сломить сопротивление кучки советских воинов, немцы подожгли дом зажигательными снарядами. Пламя быстро охватило весь дом.

Один из жителей деревни оказался свидетелем последней схватки советских воинов с фашистами и поведал о ней казакам. Гитлеровцы покинули укрытия и подступили к дому, вероятно, считая, что казаки вот-вот начнут выходить с поднятыми вверх руками.

И действительно, из объятых пламенем окон и дверей в одних гимнастерках с поднятыми вверх гранатами выскочила группа казаков и бросилась на фашистов… Это была последняя атака героев. Они выполнили свою задачу, обеспечив выход из боя основных сил…»

С этих мемуаров всё и началось.

ПОИСКОВАЯ РАЗВЕДКА. До 2016 года мы никогда не бывали в Быково. В 2000-м году обнаружили более тридцати кавалеристов в районе бывшей деревни Трисёлы, недалеко от Быково. Не раз слушали захватывающие рассказы «чёрных» о сказочных немецких блиндажах в окрестностях Быково, которые якобы уже все перекопаны. В 2009-м работали на месте падения советского «Бостона» буквально в километре от урочища, но конкретно зайти на эти полузаросшие поля времени и особого желания не было. Добраться в Быково без вездеходной техники было практически невозможно, разве что пешком по бывшей дороге – пять километров туда и столько же обратно.

Наш товарищ Александр Кудрявцев из Волоколамска заинтересовался этой деревней после обследования обломков советского истребителя, место падения которого, в полутора километрах от Быково, помогли обнаружить охотники. Оказалось, что пилот из этого самолёта выжил и, по немецким источникам, погиб в перестрелке на улице деревни, где и был потом захоронен.

Накануне поездки мы навели справки об этих местах у старых поисковиков, которые рассказали, что раньше в Быково не пахали, а использовали поля под пастбище, хотя после войны туда пригоняли технику, частично сдвинув фундаменты, оставшиеся от домов, в попытке заровнять траншеи и воронки. Александру удалось разыскать единственную на сегодняшний день уроженку деревни – Тамару Тимофеевну Разгулову, которая, к сожалению, ничего не вспомнила о боях в Быково, рассказав лишь о том, что местных жителей угнали в немецкий тыл в декабре 1941 года, ещё до новогодних праздников. В 1941 году, покидая свой дом, Тамара была одиннадцатилетней девчонкой, а в 1947 году, вернувшись на малую родину, они с матерью застали вместо деревни лишь заросли бурьяна.

Бывшая деревня Быково располагалась когда-то в одну улицу – с юго-запада на северо-восток. Дома стояли в низине среди старинных лип и садов, а на северо-восточной окраине явно выделялась преобладающая над местностью высота. Следы пребывания наших воинов в деревне были установлены по ржавой винтовке СВТ и обломанной кавалерийской шашке. Затем, предположив, что кавалеристы пришли от деревни Трисёлы, поиск перенесли непосредственно на саму высоту, на северо-восточную окраину Быково, где под слоем битого кирпича были обнаружены ржавый ствол “трёхлинейки” и человеческая кость.

НАХОДКИ НА ВЫСОТЕ. Определив границы залегания останков, мы принялись раскапывать то, что когда-то являлось деревенским овином – сараем для сушки хлебных снопов. Наше предположение было основано на обнаруженной на глубине полутора метров сводчатой кирпичной печи из старинного клеймёного кирпича.

Можно было ясно представить картину гибели обнаруженных воинов. Все погибшие имели при себе стрелковое оружие – ржавые стволы и гнилые приклады кавалерийских карабинов и винтовок Мосина то там, то тут виднелись среди скелетов. Обуви ни у кого не было – валенки могли снять после боя немецкие солдаты. Среди останков воинов попадались обгоревшие доски, говорящие о том, что овин горел. Вообще, по положению тел в овине можно было предположить, что это были последние из живых участников рейда, собравшиеся вместе, либо в это помещение складывали раненых, хотя бинтов обнаружено не было.

Печальным стал факт находки большого количества металлических медальонов – довоенных ладанок и капсул, которые не оставили нам никаких надежд. Исключением явились два эбонитовых пенала, записки из которых удалось прочитать. Досадным было и то, что поимённого списка участников рейда 27 января 1942 года не существует. Известно, что это были воины-кавалеристы 20-й кд и приданные ей подразделения 35-й осбр. Пропавшими без вести в Быково в донесении 20-й кд числились офицеры и политработники, а вот списка рядовых найти не удалось.

Тем не менее, один из установленных по медальону офицеров в списке пропавших значился. Это лейтенант Иван Львович Панкратьев, 1916 год рождения, уроженец деревни Ларино Еланского района Свердловской области, призванный в армию в 1938 году. Второй установленный воин числился пропавшим без вести в мае 1942 года по подворному опросу, поэтому нам не удалось установить, в каком подразделении он воевал. Красноармеец Егор Михайлович Курносов 1907 года рождения был уроженцем Мордовской АССР, а его семья проживала в городе Мелекесс Куйбышевской (ныне Ульяновской) области. Всего в деревенском овине были обнаружены останки 15 бойцов и командиров.

Вдохновлённые первыми находками, мы в течение лета продолжили поисковые работы на высоте. У северной от высоты опушки леса нам удалось найти место уничтожения немецкого танка Т-I, от которого, помимо разорванной башенной брони, мы нашли три люка и несколько траков. Был ли танк подбит в результате рейда 27 января – неизвестно. Непосредственно в лесу был обнаружен зимний блиндаж, сожжённый, по-видимому, 27 января. Его решили восстановить.

О ЧЕМ РАССКАЗАЛИ ДОКУМЕНТЫ. Настало время обратиться к немногочисленным документальным источникам, которые в разной мере описывают трагические события в Быково 27 января 1942 года, предлагая нам самим по итогам поисковых работ сделать окончательные выводы. Советские документы, помимо воспоминаний командира 2-го Гвардейского кавалерийского корпуса – Иссы Александровича Плиева, представлены двумя донесениями. Несколько немецких донесений обнаружил и перевёл на русский язык Сергей Медведев. Сопоставив всю имеющуюся на сегодняшний день информацию, мы пришли к следующему выводу.

После прорыва рубежа противника, проходившего по рекам Лама и Руза, 20-я армия Западного фронта подошла к так называемому «гжатскому оборонительному рубежу», который, согласно приказу Гитлера, немецкие войска должны были удерживать любой ценой. Сохранивший в суровых зимних условиях подвижность 2-ой Гвардейский кавалерийский корпус должен был выйти в тыловой район немцев и наступать в направлении Сычёвки. Для ввода корпуса в прорыв нужно было пробить брешь в обороне противника, для чего захватить две соседние деревни – Быково и Трисёлы.

После многократных попыток взять Трисёлы наши части понесли потери и отступили, что дало возможность противнику закрыть брешь в своей обороне, а нашей боевой группе, имевшей задачей захват Быково, пришлось действовать в одиночку. Перед рассветом 27 января пехотинцы и кавалеристы атаковали Быково с севера, при этом была захвачена позиция немецкого пехотного орудия и высотка на деревенских огородах, на которой находились сараи и овины. Высотка была немедленно приспособлена для круговой обороны и должна была удерживаться до подхода основных сил корпуса.

Для ликвидации угрозы немецкое командование вызвало подкрепление, в состав которого входила 3-я рота 7-го мотоциклетного батальона 7-й танковой дивизии и, возможно, части 43-го отдельного сапёрно-штурмового батальона, имевшего на вооружении огнемёты. Бой за высоту продолжался несколько часов. Наши солдаты, не имея тяжёлого вооружения, смогли уничтожить немецкий танк Т-I и повредить зенитную установку на полугусеничном шасси, при этом большая часть наших бойцов и командиров погибла.

Опровергнуть или подтвердить наши выводы смогут лишь дальнейшие исследования – полевые и архивные, которые продолжаются, когда вы читаете эту статью. Точку в этой истории ставить пока ещё рано.

P.S. От всего сердца хочу выразить слова искренней благодарности моим соратникам-поисковикам, кто принимал участие в нашей совместной работе, будь то физический труд или кропотливое изучение документов, нашим гостям из Малой Вишеры и Германии, нашим друзьям из ООО «ЭКО-Лайн» и всем тем, кто способствовал написанию этой статьи.

Полную версию статьи можно прочитать в журнале “Военная археология”, №5, 2016 год.

Руслан ЛУКАШОВ, командир поискового отряда «Рейд».
ФОТО – из архива ПО “Рейд”

Категории: История

0 ответов до сих пор ↓

  • Комментариев нет.

Оставить комментарий