«Гжатский вестник» - Главное печатное издание родины первого космонавта

Век от “Известий”

Март 29, 2018 · Нет комментариев

НАЧАЛО в №8 от 2 марта 2018 года

Не топтаться наместе

«На 15-е марта по новому стилю в 4 часа дня Гжатским исполнительным комитетом созывается уездный съезд волостных советов. Норма представительства – 2 человека от волости. Товарищи! Выбирайте большевиков или левых с.-р.” – гласит передовица «Известий…» №4 от 8 марта 1918 года. А в номере публикуется заметка под названием «К предстоящему крестьянскому съезду», из которой мы узнаем, что основной вопрос съезда – «решение вопросов, связанных с переходом всего уездного управления и хозяйства в руки Советов».

«Крестьянским волостным советам следует возможно внимательнее отнестись к предстоящим работам съезда, – пишут «Известия…», – послать на съезд самых лучших работников волости, самых настойчивых и передовых борцов за дело социализма, за перестройку народного хозяйства в интересах беднейшего населения, за такую перестройку, чтобы в ближайшем будущем не осталось ни одного праздного дармоеда, не было бы нищеты и голода.
Этот съезд будет верховной властью в уезде, и от этого съезда зависит, по какому пути пойдет наше уездное хозяйство в предстоящем 1918 году: по пути ли прежнего топтания на месте и разрухи, или по пути планомерного созидающего творчества.
Предстоят миллионные ассигнования на нужды народного дела, предстоит распределение налогов между имущими классами и платежеспособным населением, предстоит принять ряд чрезвычайных мер, утвердить и наметить ряд неотложных реформ – по народному образованию, продовольствию, сельскому хозяйству, врачебно-санитарному делу; наметить план общественных работ по постройке школ, больниц, мостов, дорог, приспособлению заводов (винокуренных) для обработки продуктов питания, организовать учреждения по призрению бедных, безродных, покинутых детей, организовать охрану труда; выяснить отношение сознательной части крестьянства к вопросам войны и мира или способам продолжения борьбы и проч. и проч.»
В последующих номерах «Известия…» подробно рассказывают о работе данного съезда. Благодаря газете мы знаем, кого из гжатских «буржуа» новая власть обложила «единовременным налогом», как решала продовольственный вопрос, распределяла землю, занималась медициной и созданием в уезде Красной Армии… Пока же вернемся к №4 и почитаем, как сейчас сказали бы, раздел происшествий.

Хлебное дело

Опубликованный в самом первом из дошедших до нас номере «Известий…» отчет с заседания Исполнительного комитета начинается с информации «О самовольной разгрузке хлеба на ст. «Гжатск» крестьянами Будаевской волости»:
«Дело рисуется таким образом: прибывший на днях в Гжатск хлеб, неизвестно на чье имя (дубликата (так в тексте – Авт.) еще получено не было) крестьяне, представители Будаевской волости, сочли своим и явились на станцию с требованием отдать его им. Конечно, в этом им было отказано. Но они начали разгружать его самовольно.
Посланный патруль оказался случайно состоящим из крестьян Будаевской волости и не только не воспрепятствовал, но даже помог выгрузке хлеба.
Исполнительный комитет постановил: распределить хлеб между крестьянами Будаевской волости в счет будущих поступлений и произвести расследование для привлечения к ответственности зачинщиков самовольной разгрузки».
Отметим, что позже “Известия…” публикуют опровержение за подписью военного комиссара Духанова: “по расследовании этого дела обнаружил, что заметка о патруле ни на чем не основана”.
Следующая заметка озаглавлена как «Воззвание»: «Из городского леса, расположенного по дороге к селу Столбову, почти ежедневно пропадают в большом количестве дрова, заготовленные для обеспечения городского населения топливом, – пишет председатель Совдепа, комиссар внутренних дел Гжатского уезда М.Ремизов. – По заявлению лесной сторожки дрова похищаются ночью и вывозятся подгородними крестьянами».
Заготовленные дрова были распределены «по сажени на каждую квартиру». И если состоятельные горожане успели вывезти свои дрова, то беднейшее население сделать это не успело из-за «недостатка перевозных и денежных средств». «Если кража дров будет продолжаться, то, возможно, многие беднейшие семьи могут остаться совершенно без дров, чем будут поставлены в крайне бедственное положение», – резюмирует М.Ремизов, добавляя, что «всякое дальнейшее хищение будет пресекаться со всей строгостью революционного времени».
И еще одна заметка, озаглавленная «По старой привычке»: «25 февраля сего года в Военно-революционный трибунал при гжатском Исполнительном комитете явилась одна дама с прошением о расторжении брака. Через некоторое время она вернулась обратно и стала просить одного из членов выйти для объяснений. За ускорение дела предложила «взятку», за что щедрая дама попала в участок на двое суток».

Образ “коварной женщины”

Немало материалов «Известия…» посвящают культурной жизни Гжатска. В №5 от 12 марта некто, подписавшийся как «А.Я.», пишет о пьесах «Опасный возраст» и «Мой Беби», поставленных в театре «Люкс» Гжатским музыкально-драматическим обществом:
«Расширил ли кто свой кругозор от этого зрелища, побогател ли кто от этого спектакля новыми впечатлениями? Это «покрыто мраком неизвестности». Репертуар оставим в покое. Скажем только, что если перевести его на современный язык, то он будет «буржуазным». Теперь хочу сказать несколько слов об игре.
С тех пор, как в Гжатске выступают артисты Лебедевы, стало возможным посещать спектакли, не рискуя потерять попусту время. Первая пьеса, в которой они выступали, была «Без вины виноватые». Тогда этот спектакль произвел сильное и прекрасное впечатление. Гжатск ничего подобного раньше не видел.
После этого ими были даны еще несколько спектаклей, и всегда удачно. Последний раз Д.М. Лебедев также достиг успеха – в «Мой Беби» он добился того, что публика долго и с удовольствием смеялась. Всем понравилась игра С.Н. Шредерс. Понимала и хорошо провела свою роль К.И. Ганшина».
В начале апреля гжатчанам были представлены новые театральные работы. «Пьеса «Алтарь свободы и любви» довольно симпатичная, – пишут «Известия…» 9 апреля. – Правда, в пьесе рисуется жизнь деятелей политической или так называемой национально-буржуазной революции и на сцене фигурировали «буржуазные большевики», но всеж-таки она более почвенна, чем другие пьесы, сыгранные на гжатской сцене. Юные артисты играли вдумчиво, а роль Вово-Лужского была исполнена Н.Я. Раевским очень удачно».
В этой заметке вновь упоминается спектакль Гжатского музыкально-драматического общества «Без вины виноватые», который был поставлен уже во второй раз: «Почти всем игравшим удалось вызвать у зрителей те именно чувства, которые и должны вызвать герои этой пьесы. Игра А.Д. Лебедевой была проникнута большей искренностью. Образ «коварной» женщины С.Н. Шредерс был дан блестяще. Но особенно всем понравилась игра С.Н. Гвоздова: игра его была замечательна».
Из «Известий…» мы узнаем, что, несмотря на сложности первых лет послереволюционного времени, в Гжатске ведется работа по созданию мест для культурного отдыха горожан. «Гжатские рабочие и крестьяне организовали свой социалистический клуб «III-й Интернационал», – пишет газета 29 марта. – И пусть все трудящиеся нашего города собираются в своем клубе, расширяя чтением и беседами свой кругозор».

«Единовременный налог»

«Известия…» №5 от 12 марта публикуют список лиц, «обложенных единовременным налогом в пользу Исполнительного комитета Гжатского совета рабочих, солдатских и крестьянских депутатов». «Налог должен быть внесен в 10-ти дневный срок, считать с 11-го марта», – отмечает издание.
В опубликованном перечне – 63 позиции, в том числе известные купеческие фамилии Шапошниковы и Тимофеевы. Напротив каждой указана сумма, которую конкретный «буржуа» должен внести: от 2 до 25 тысяч рублей. Больше всех, 50 тысяч рублей, Исполнительный комитет обязал внести Н.Жукову.
Из дальнейших публикаций мы узнаем, что не все, обложенные «единовременным налогом», торопились нести деньги. В №8 от 26 марта «Известия…» сообщают, что «гр. П.С. Травкин (должен был внести 10 тыс. руб. – Авт.) бежал из города. Его супруга за скрывание адреса его местонахождения и не взнос налога арестована. Арестован также гжатский заводчик Самородов (его «налог» составил 4 тысячи рублей – Авт.), за не взнос налога». Впоследствии Самородов был «освобожден, так как внес налог».

Евгений ФЕДОРЕНКОВ
На ФОТО: реклама лавок в дореволюционный период

Категории: Истоки

0 ответов до сих пор ↓

  • Комментариев нет.

Оставить комментарий